украинским националистам в Мариуполе.

Как захватывающий детектив выглядит ситуация с одной из связных провода ОУН Михаилом Захаржевским (“Николай”.). Он был арестован в Ясиноватой.  Стал давать очень детальные показания о деятельности областного провода и местных ячеек ОУН в Ясиноватой, Днепропетровске, Киеве. Поиски архивно-следственного дело в Государственном архиве СБУ-Донецк и Государственном архиве СБУ-Киев не дали позитивных результатов. Было найдено лишь “Личное дело заключённого” №37903-пф, из которого видно, что Захаржевский находился под следствием непродолжительное время.  25 мая 1945 г., через шесть дней после ареста, «согласно указанию заместителя наркома госбезопасности СССР комиссара госбезопасности второго ранга Кобулова и телеграфного распоряжения начальника третьего управления НКГБ СССР комиссара госбезопасности третьего ранга Мильштейна следственное дело №861 с самим арестованным” отправляют в распоряжение наркома госбезопасности УССР комиссара госбезопасности третьего ранга Савченко» [ДА СБУ-Д. – АСС 37903-пф. – Арк. 12].

А 2 июня 1945 г. начальник внутренней тюрьмы НКГБ УССР г. Сталино получил распоряжение “немедленно освободить из-под стражи арестованного Захаржевского Михаила Гордеевича” [ ДА СБУ-Д. – АСС 37903-пф. – Арк. 117]. 

По делу есть справка, что Захаржевский находился под стражей в тюрьме УНКГБ Сталинской области с 22 мая по 2 июня 1945 г. и освобождён в связи с прекращением дела. 

На наш взгляд, речь идёт о факте деятельности глубоко законспирированного агента органов госбезопасности, которого таким образом “вывели из-под удара”.

Планируя свою работу по ликвидации  подполья ОУН на востоке Украины, руководство МДБ УССР “учитывало” сложившуюся ситуацию, а именно – массовое переселение населения с запада Украины. В составленной в 1949 г. справке было отмечено, что на территорию восточных областей было переселено из Польши 4.900 семей, из западноукраинских земель – 27.000 семей, прибыло по оргнабору на предприятия промышленности и для учебы в школах ФЗУ – 125.000 лиц, а также большое количество – для учебы в средних и высших учебных заведениях.

Справка эта имела такой вывод: “Среди отмеченного контингента есть много лиц, которые были активными участниками и пособниками оуновского бандподполья и прибыли в восточные области с заданиями. Но в результате отсутствия необходимого контакта со стороны городских и районных органов и УМГБ западных областей с органами МГБ восточных областей, имебщиеся компрометирующие материалы на лица, которые выехали в восточные области, своевременно не пересылались, а иногда на их запрос своевременно не отвечали, что давало возможность участникам подполья ОУН долгое время быть неразоблачёнными. Одновременно следует заметить, что органы МГБ западных областей не принимали меры относительно установления места нахождения своей агентуры, которая выехала в восточные области как переселенцы, мобилизованные в промышленность и школы ФЗУ, а иногда ограничиваются сдачей личных дел на них в архив” [ДА СБУ-К. – ФДВ. – Спр.372. – Т. 29. – Арк. 304-306].

В 1955 г. руководством четвертого Управления КГБ УССР по материалам Житомирской области был проанализирован и обобщён предыдущий опыт борьбы с ОУН и разработаны основные направления последующей деятельности. Было отмечено, что

“а) созданные, но ранее действующие организационные звенья ОУН полностью не разоблачены, не ликвидированы и могут продолжать глубоко законспирированную работу;

б) много категорий подполья, которые в свое время избежали надзора органов госбезопасности, остались неразысканными, и, возможно, продолжают безнаказанно действовать;

в) отдельные вожаки подполья бежали за границу и, оказавшись в поле зрения иностранных разведок и заграничных националистических центров, могут по их заданию совершить попытку возобновить связи с остатками подполья на территории Украины с целью продолжения подрывной деятельности.

Кроме того, серьёзного оперативного внимания заслуживают те обстоятельства, что на прежние места жительства из мест заключения возвратилось значительное количество прежних активных участников ОУН, которые отбыли срок наказания. Не исключено, что некоторые из них могут совершить попытки возобновить свою националистическую деятельность” [ДА СБУ-К. – ФДВ. – Спр.372. – Т. 29. – Арк. Арк. 367].

Перед органами КГБ были поставлены задания:

«Исходя из оперативной обстановки, с целью разоблачения и прекращения преступной деятельности украинских буржуазных националистов необходимо обеспечить:

1) Дальнейшее изучение оперативной базы в каждой области путём исследования имеющихся агентурных и следственных материалов, вызова и допроса раньше арестованных активных участников подполья ОУН и уточнения обстоятельств на месте через агентуру и другие возможности;

2) Планирование работы оперативного состава по закреплению за районами в направлении:

а) выявления возможного действующего подполья ОУН и его организационных связей;

б) поиска активных участников ОУН с целью ареста и оперативного использования;

в) выявлення связей бежавших за границу лиц для последующего решения вопроса  относительно возможности их использования по установлению связей с заграницей;

г) определение круга лиц, на который могут ориентироваться заграничные центры и разведки; изучение возможностей их использования по загранице;

д) изучение поведения лиц, раньше осуждённых за националистическую деятельность и вернувшихся из мест заключения с целью недопущения попыток к возобновлению преступной деятельности;

е) организация квартир-ловушек на базе обнаруженных явочных квартир вожаков подполья ОУН;

ж) пополнение агентурного аппарата за счет новых вербовок и, в первую очередь, маршрутной агентуры, способной обеспечить глубокую разработку подполья.

3. При проведении отмеченных мероприятий использовать агентуру, которая раньше работала по линии ОУН. В отношении той агентуры, что совершила в прошлом тяжкие преступления и в период сотрудничества с нами не принесла весомую пользу, решить вопрос о привлечении к уголовной ответственности» [ДА СБУ-К. – ФДВ. – Спр.372. – Т. 29. – Арк. Арк. 368].

На основании статистических отчетов ГА СБУ-Киев можно восстановить приговоры, которые выносили арестованным оуновцам. В 1943 г. из 143-х арестованных по УССР оуновцев  были осуждены четыре, решения судебных органов по которым вступили в законную силу. Один был расстрелян, два – отправлено на каторжные работы, и один получил 10 лет заключения в лагерях. [ДА СБУ-К. – Ф. 42. – Спр. 53. – Арк. 29-38].

В 1944 г. было арестовано 7405 лиц, обвиняемых в принадлежности к ОУН [ДА СБУ-К. – Ф. 42. – Спр. 53. – Арк. Арк. 1-6]. Было вынесено 2847 приговоров, которые вступили в законную силу (по другим делам следствие продолжалось). Из этого количества  было расстреляно 452 оуновца (15,9%). По областям Украины к расстрелу приговорили:

в Волынской – 154 чел. (34,1% от общего числа таких приговоров),

в Ровенской – 105 чел. (23,3%),

в  Житомирской – 49 (10,8%),

в Станиславский – 32 (7,1%),

в  Киевской – 25 (5,5%),

в Тернопольской – 21 (4,6%),

в Черновицкой – 17 (3 (3,8%),

в Запорожской и по центральному аппарату НКГБ – по 9 (по 2,0%),

в Сталинской области – 8 (1,8%),

в Кировоградской – 6 (1,3%),

в Одесской – 5 (1,1%), 

в Каменец-Подольской и в Сумской – по 4 (по 0,9%),

в Винницкой – двух (0,4%), 

в Дрогобычской и Днепропетровской – по одному (по 0,2% от общего числа расстрелянных).

На каторжные работы было отправлено 1448 лиц, в т.ч.:

по Ровенской области – 395 чел. (27,4 % от общего числа каторжных приговоров),

по Волынской – 366 чел. (25,3%),

по Станиславский – 180 (12,4%),

по Тернопольской – 131 (9,0%),

по Киевской – 77 (5,2%),

по Днепропетровской – 67 (4,6%),

по Житомирской – 36 (2,5%),

по Винницкой – 28 (1,9%),

по Каменец-Подольской – 23 (1,6%),

по Дрогобычской – 21 (1,5%),

по Одесской – 19 (1,3%),

по Запорожской – 14 (1,0%),

по Сталинской и Полтавской областях – по 12 (по 0,8%),

по центральному аппарату НКГБ – 11 (0,8%),

по Ворошиловградской области – 8 (0,6%),

по Кировоградской – 5 (0,3%),

по Львовской и Херсонской – по 3 (по 0,2%),

по Сумской – одного (0,1%).

По Черниговской, Харьковской и Закарпатской областям каторжных приговоров в 1944 г. не было.

К исправительно-трудовым лагерям были приговорены 898 чел.. По областям имеем такие данные: Волынская область – 210 чел. (23,3%), Ровенской – 127 (14,2 %), Днепропетровской – 90 (10%) и т.д. 

Соответствующей была картина и в 1945 г. Проведенные нами подсчёты показывают почти полное совпадение соответствующих процентов. Т.е., очевидно, речь идет о системе использования “предыдущего опыта”.

Данных, на следующие годы мы, к сожалению, не имеем.

Рассматривая репрессивную деятельность органов государственной безопасности относительно оуновцев в Донбассе, мы сделали попытку показать её на фоне общеукраинских событий.

Органы НКГБ-МГБ-КГБ, преследуя членов ОУН (или людей, причастных к организации) часто использовали незаконные методы получения “доказательств”. Это приводило к осуждению невинных людей. В то же время, часто, даже в нарушение соответствующих юридических актов, совершались попытки преднамеренного преувеличения вины арестованного.

В то же время, следует отметить, что основное направление деятельности  органов государственной безопасности было отпечатком существующей государственной системы, которая для собственной защиты пыталась наиболее эффективно использовать свой же карательный аппарат.

Tags: ОУН в Донбассе

Среди осуждённых по одному делу наибольшей была группа из города Ясиноватая, что насчитывала 17 человек [ДА СБУ-Д. – АСС. – 33720-пф]. Приведем так называемые “объективные данные”, которые характеризуют репрессированных. Среди них было 15 украинцев и двое россиян. Лишь один родился в Западной Украине (Ровенская область), с Полтавщины были шестеро, из Сумской области – трое, из Киевской – двое, из Кировоградской – двое, из Винницкой, Сталинской и Орловской – по одному. По социальному происхождению четверо были из рабочих семей, по столько же – из семей крестьян-бедняков и середняков, по двое – из служащих и кулаков, и один – из торговцев. По социальному положению арестованных  общая картина была несколько  иной: десять были служащими и семеро – рабочими. По возрасту характеристики обвиняемых в принадлежности к организации ОУН были такими: от 30 до 40 лет – 9 чел. (самому молодому было 32 года), от 41 до 50 – 4 чел., от 51 до 60 – 3 чел., свыше 60 лет – 1 чел. Среди арестованных была одна женщина. Основную группу составляли лица с низшим образованием (11 чел.), по двое имели среднее, неполное высшее и высшее образование Все они были беспартийными. Никто не был раньше судим; один (уроженец Ровенской области ) находился под следствием по статьи 54 уголовного Кодека УССР в 1937-1939 гг., и один был лишён права голоса с 1925 по 1928 г. как торговец.. Пятеро служили в царской армии (один был даже прапорщиком, и один находился в австрийском плену во время первой мировой войны)  пятеро были в разные годы в рядах Красной  армии.

Приведенные объективные данные свидетельствуют, что это были обычные граждане, которые не имели каких-то чрезвычайных оснований для недовольства советской властью.

В чем же заключалась их вина, и какими были основания органов госбезопасности для  квалификации этих лиц как членов организованной преступной антисоветской националистической группы?

Пролить свет на эти вопросы позволяет приговор военного трибунала войск НКВД Сталинской области от 8 февраля 1945 г. В сжатом изложении содержание констатирующей части заключается в следующем. В 1942 г. в оккупированном фашистскими войсками г. Ясиноватая появились представители центрального провода ОУН – “Евгений”, “Василий Михайлович” и “Тимофей”. Они познакомились с семьей Волковых, и передавали им открытки, брошюры, журналы националистического содержания для распространения среди обитателей города и его окрестностей. Во времена немецкой оккупации представители центрального провода ОУН посетили помещение семьи Волковых двенадцать раз. Подсудимые, знакомя соседей и друзей с полученной литературой, “втягивали” их в организацию. После освобождения Донбасса они неоднократно проводили совещания с участниками организации, на которых обсуждали вопросы деятельности в новых условиях, когда отсутствовала связь с центральным проводом ОУН. Обвиняемым инкриминировалась также агитационно-пропагандистская деятельность [ДА СБУ-Д. – АСС. Т.4. – Арк. 1214-1220].

Tags: ОУН в Донбассе

На основании приведенных данных мы составили таблицу, которая уточняет ситуацию относительно самой структуры раскрытых органами госбезопасности в 1945 г. ячеек ОУН на местах.

               Львовская область – количество арестованных оуновцев в целом 3930, количество арестованных участников организаций 1091, количество арестованных одиночек 2839, % организованных оуновцев – 27,7%

               Станиславская область – 4153, 871, 3282, 21,0%

Ривненская область – 4188, 991, 3197, 23,7%

Дрогобычская область – 3736, 730, 3006, 19,5%

Тернопольская область – 4537, 548, 3989, 12,1%

Волынская область – 2668, 387, 2281, 14,5%

Черновецкая область – 1027, 318,  709, 31,0%

Запорожская область – 115, 38, 77, 33,0%

Днепропетровская область – 342, 68, 274, 20,0%

Киевская область – 644, 106, 538, 16,5%

                Житомирская область – 299, 47, 252, 15,7%

Винницкая область – 282, 35, 247, 12,4%

Николаевская область – 161, 14, 147, 8,7%

Каменец-Подольская область – 427, 13, 414, 3,0%

Кировоградская область – 187, 19, 168, 10,2%

Закарпатская область – 71, 28, 43, 39,4%

Сталинская область – 80, 10, 70, 12,5%

Сумская область – 39, 6, 33, 15,4%

Ворошиловградская область – 34, 5, 29, 14,7%

Херсонская область – 80, 6, 74, 7,5%

Харьковская область – 58, 2, 56, 3,4%

Одесская область – 120

Полтавская область – 87

Черниговсакя область – 33

Всего по Украине 27389 арестованных оуновцев, из них арестованных участников организаций – 5333 (24,2% от общего количества) и  одиночек – 22056 чел.

Tags: ОУН в Донбассе

Путем сопоставления и обобщения информации из архивных источников, мы возобновили такую картину, которая характеризует данные по арестам в 1944 – 1946 гг. (Данных по следующим годам автор, к сожалению, не имеет) [Підраховано за: ДА СБУ-К. – Ф.42. – Спр. 51. – Арк. 1-38. – Спр. 53. – Арк. 1-61. – Спр. 57. – Арк. 1-7. – Спр. 62. – Арк. 1-54].

По областям:

Дрогобычская:
всего арестовано – 6977, из них членов ОУН – 3746 (13,7% от общего количества арестованных членов ОУН по Украине или 53,7% от арестованных в области).

Соответственно:

Львовская – 6584, 3930, 14,4%, 59,7%;  

Тернопольская – 6043, 4537, 16,6%, 75,1%;

Ровенская – 5554, 4188, 15,3%, 75,4%;

Станиславская – 5192, 4153, 15,2%, 80,0%;

Киевская – 5181, 644, 2,4%, 12,4%;

Волынская – 4073, 2668, 9,6%, 65,5%;

Одесская – 3763, 120, 0,4%, 3,2%;

Каменец-Подольская – 2552, 427, 1,6%, 12,0%;

Винницкая – 3511, 282, 1,0%, 8,0%;  

Житомирская – 3223, 299, 1,1%, 9,3%;

Днепропетровская – 3013, 342, 1,2%, 11,4%;  

Николаевская – 2939, 161, 0,6%, 5,5%;

Кировоградская – 2811,  187, 0,7%, 6,7%;

Сталинская – 2607, 80, 0,3%, 3,1%;

Ворошиловградская – 2520, 34, 0,1%, 1,4%;

Полтавская – 2357, 87, 0,3%, 3,7%;

Черновицкая – 2281, 1027, 3,8%, 45,0%;

Харьковская – 2176, 58, 0,2%, 2,7%;

Черниговская – 2090, 33, 0,1%, 1,6%;

Херсонская – 1927, 80, 0,3%, 4,2%;

Запорожская – 1828, 115, 0,4%, 6,3%;

Закарпатская – 1489, 71, 0,3%, 4,8%;

Сумская – 1479, 39, 0,1%, 2,6%;

Измаильская – 1002

Центральный аппарат НКГБ-МГБ УССР – 161, 81

Всего: 84334, 27532  

Tags: ОУН в Донбассе

3.3.Борьба НКГБ-МГБ-КГБ с украинским подпольем

Репрессивная деятельность органов НКГБ-МГБ-КГБ против организации украинских националистов в регионе имела своей основой достаточно высокую информированность относительно разных аспектов структуры, деятельности и кадров ОУН. Органы госбезопасности на Украине включали специальное структурное подразделение – Управление 2-Н, которое в свою очередь имело соответствующие отделы и участки на местах во всех областях. Специальный фонд  “Оперативно-статистическая отчетность” Государственного архива Службы безопасности в Киеве, в частности, включает  статистические сведения об оперативно-следственной работе органов государственной безопасности времен Великой Отечественной войны.

На основе настоящих документов нами сделаны подсчёты, которые демонстрируют реальную картину преследования членов Организации Украинских Националистов (эти данные вводятся в научный оборот впервые).

В 1943-1946 гг. органами НКГБ было арестовано в целом 110.829 чел.; из этой численности 27.532 чел. – за принадлежность к ОУН и украинскую националистическую деятельность [Підраховано за: ДА СБУ-К. – Ф.42. –Спр. 51. – Арк. 1-38. – Спр. 53. – Арк. 1-61. – Спр. 57. – Арк. 1-7. – Спр. 62. – Арк. 1-54].

По годам эта статистика имеет такой вид:

Tags: ОУН в Донбассе

2.5.Репрессии немецких карательных органов

В августе 1941 г., после создания правительства Я.Стецько и его разгона, немецкие карательные органы начали активное преследование представителей украинского самостийницкого движения, проводя аресты и расстрелы его участников. С осени того года уцелевшие члены ОУН-Бандеры переходят на нелегальное положение, используя фальшивые документы.

Немцы сначала не знали о существовании походных групп ОУН, и не обращали внимания на деятельность отдельных их легализуемых членов. Но со временем гестапо, тайная полевая полиция (ГФП), получив информацию об этих “самостийниках” начали вторую фазу репрессий        относительно них, которая имела две составных части:

1) аресты и физическое уничтожение,

2) активная пропаганда  против самостийницких намерений.

В январе 1942 г. немецкими карательными ораганами были арестованы Т.Семчишин и М.Павлишин, которых сначала в течение трех месяцев держали в тюрьме в Кривом Роге, а затем – семь месяцев в Днепропетровске. В октябре 1942 г. они бежали из-под стражи в Днепропетровске и установили связь с Южным проводом ОУН, созданным в то время в Днепропетровске (проводником сначала был Зенон Матла, а затем – “Юрко”, он же – “Лемиш”) [ДА СБУ-К. – ФДВ. – Спр. 372. – Т.1. – Арк. 116]. 

Е.Стахив пишет в своих воспоминаниях: “Первым из наших людей, (я не знаю и, к сожалению, никогда не узнал, почему) был арестован Степан Держко в Мариуполе. После допроса его перевели к Сталино. Немцы его замучили весной 1943-го, но он никому не изменил” [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. Повість мого життя /Літ. Ред. В.Пащенко.- К.: Рада, 1995.- 317 с. – С.146].

По свидетельству М.Димова следователю НКГБ, из представителей центра ОУН его квартиру посещали “Николай”, Владимир Нофенко и Степан [Держко]. Нофенко прописался в домовой книге и прожил 2-3 месяца. Степан вскоре был арестован гастапо. Степан никого не выдал, и арестов среди оуновцев не было [ДА СБУ-Д. – АСС 35692-пф. – Арк. 24 зв]. 

Но в действительности, ситуация в Мариуполе складывалась следующим образом.

Tags: ОУН в Донбассе

Какими были, судя по материалам Стахива, взгляды, стратегия и тактика оуновцев?

 Вот что он пишет  о начальном периоде своей деятельности на СУЗ. “В Киеве я уже знал наши подпольные квартиры, контакт к Маивскому, Дмитрию Мирону, Ярославу Хомиву. У них был опыт подполья, ребята давали нам советы. Критиковали нашу программу – наш тотальный национализм. Так что чему-то мы научились в Киеве” [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. … - С. 104].

В селе Знаменовцы глава сельсовета учитель Чёрный пригласил Е.Стахива и И.Клима, “чтобы поговорить о нашей программу и борьбе”. Он пишет: “Они стали подробнее расспрашивать, за какую мы Украину. Говорю: за самостоятельную. А какая программа? - Сначала строим государство, а там будем смотреть. – Конечно, программа у нас была тоталитарная. ОУН стояла на принципе проводниковой монопартийной системы. Но мы не могли откровенно об этом говорить” [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. … - С. 110-111].

Стахив рассказывает, что в Сталино он имел много дискуссий с преподавателем педагогического института, на квартире которого проживал. Речь шла о программе движения оуновцев, и о будущем украинского самостоятельного государства. “Он требовал от меня ответа, а я не мог ему сказать, будет ли что-то вроде гитлеровской Германии или Италии Муссолини. Говорю: приблизительно как франкистская Испания. Он: “Та же вы фашисты! А я думал, что вы – патриоты-демократы. Когда он сказал, что мы фашисты, я подумал, что имею здесь дело с коммунистами и нужно быстрее убираться прочь. Мы дискутировали дальше. Я ему: “Мы не фашисты”. Он: “Конечно, вы не фашисты, но вы хотите тоталитарную систему, диктатуру”. И я таки видел, что именно этого и хотим, и он прав” [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. … - С. 131].

Е.Стахив делает такой вывод: “Нужно сказать, что именно тогда наступил перелом в моём мышлении, в моём политическом мировоззрении” [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. … - С. 131].

Tags: ОУН в Донбассе

2.4. Версия Евгения Стахива

Мы должны возможность сопоставить вышеприведенные факты относительно ОУН в Донбассе из свдченнями Е.Стахива, который писал так: “  можно сказать, что я руководил подпольем на Донбассе к приходу большевиков   “ [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. Повість мого життя /Літ. Ред. В.Пащенко.- К.: Рада, 1995.- 317 с. …- С.163]. Он пишет, что был направлен на Донбасс вместе с Иваном Климом. В Днепропетровске на встрече с оунивцями Тарасом Онишкевичем, Марусей, Екатериной Мешко, Петром Олийником он не смог получить какие-то адреса на Донбассе, потому и врознь двинулись на произвол судьбы. Сам Стахив вёз два чемодана пропагандистской литературы. Проехав Ясиноватую, очутились в Горловке, где местные жители оформили их агентами учительского потребительского кооператива. 19 марта [1942 г.] двинулись в первое путешествие за продуктами через Гришино, Новомосковск, Днепродзержинск (где имел контакт с ОУН), Кременчуг, Днепропетровск, Новомосковск.

Возвращение в Горловку было связано с первым сообщением о том, что ими заинтересовалось гестапо. Стахив выражает предположение, что это была измена со стороны «также украинцев» - Бориса и Студинского.

Проводник, с целью установить новые контакты, прибывает к м. Сталино, где встречает брата своего знакомого – Сочинского (члена ОУН). Но тот отказался помогать, ссылаясь на опасный для жизни риск. Найдя своего давнего знакомого переводчика Омельяна Ортинского («Юзе», «Ковжун»), получил от того 5.000 руб. и договорился встречаться раз в месяц.

Стахив называет Раису Богач и её мать с Седьмой улицы («линии» по местному), которые уже “немного знали о наших украинских делах” и были настоящими украинскими патриотами (раньше в Сталино встречались с галичанином .Ярославом Сидором – членом ОУН) [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. …- С. 111-112]. Т.е., если принимать во внимание слова Стахива: “итак, в Сталино мне уже было где прислониться”, можно считать, что была создана первая явка ОУН в областном центре, хотя никаких свидетельств о пароле и т.п. он не даёт.

Вышеприведённые данные свидетельствуют о том, что Е.Стахив не был первым оуновцем, что прибыл в областной центр Донбасса. Но никаких данных о деятельности его предшественников нет. Стахив признаёт, что не все из галичан-переводчиков помогали им. Так, в Горловке его прежний коллега по Перемышлянской гимназии Александр Масляник “ни денег, ни хлеба, ни консервов не дал”.

Ссылаясь на Романа Куцака (также переводчика из Галичины), “Евгений” пишет о некоем бывшем полковнике киевских Сечевых Стрелков Голубе, который появился среди эвакуированных в Горловке. Он объявил, что организует здесь ОУН. Немцы хотели его арестовать, но он на то время уже работал в итальянской военной разведке. Итальянцы и посоветовали ему бежать из Горловки, и он с какой-то молодой девушкой выехал на запад. Дальше Стахив сообщает, что того Голубя поймало УПА на Волыни и расстреляло как советского агента [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. …- С. 114].

В книге воспоминаний Е.Стахива дается перечень городов, где оуновцами было создано подполье, или действовали единичные стороники организации – Ворошиловград, Ворошиловск, Горловка, Константиновка, Краматорск, Красногоровка, Славянск, Сталино, Ясиноватая, поселок шахты “Мария”. Автор воспоминаний достаточно чётко говорит о месте и роли М.Кривошапки. Стахив называет его своим заместителем. Привёз он его в Донбасс 1 января 1943 г. Характеризует так: “Прекрасный оратор, организатор... Это был человек, преданный украинскому делу, опытный подпольщик, чрезвычайно активный, работящий, честный человек [Стахів Євген. Крізь тюрми, підпілля й кордони. …- С. 141-142].

Tags: ОУН в Донбассе

Находясь на востоке Украины, функционеры ОУН одним из наиболее важных направлений своей деятельности считали сбор экономической, политической и социальной информации о состоянии в регионе. В декабре 1942 г. был составлен информационный отчет под названием “Общие сведения из восточно-украинских земель”, который хранится в Государственном архиве Службы безопасности Украины в Киеве .

В это документе подан анализ ситуации в г. Сталино (Юзовка), Мариупольской округе, и  в г. Ворошиловграде. Авторы информируют, что в Сталино экономическая ситуация тяжелая. Работает лишь пятая часть рабочих наибольшего предприятия – металлургического завода. Немцы фактически присвоили маслобойни и мельницы. Сообщается об издании газет в городах области, при этом отмечается, что значительная часть изданий – русскоязычная. Оккупанты открыли 7 техникумов. В немецкую армии “берут” военнопленных, даже не желающих такой службы. Для других добровольцев установили плату за службу в войске. Есть случаи дезертирства из украинской добровольческой армии. На севере области создан повстанческий отряд. Значительная часть мобилизованных на работы в Германию намеревается вступать в этот отряд (D – дословно так: На границі Юзівської і Харківської області в околицях Ізюмська в лісах діє точніше невідомий повстанчий загін. Багато тих, що мають їхати до Німеччини на роботи, піде до повстанчого загону. Для ліквідації цього загону німці направили свої відділи) [ДА СБУ-К.- ФДВ. – Спр.376. – Т. 30. – Арк. 21].

Tags: ОУН в Донбассе

            Использование местной прессы с целью ведения замаскированной националистической пропаганды, было одним из направлений деятельности оуновцев. Такие большие по численности участников группы оуновцев, как мариупольская и ворошиловградская, создавались вокруг редакций газет. Редактор “Новой жизни” (Ворошиловград) М.Бернацкий был руководителем областного провода ОУН, а редактор “Мариюпильской газеты” М.Стасюк – одним из руководителей городской организации. В последней газете работали журналистами представитель центрального провода ОУН В.Нофенко, активный оуновец М.Фененко. Тот же Фененко свидетельствовал на допросах 3 ноября 1945г.: “С целью воспитания в украинско-националистическому духе антисоветского элемента, который проживал  в Мариупольском районе, на меня (Фененко) возлагается ОУН обязательство писать в “Мариюпильску газету” контрреволюционные украинско-националистические статьи, а на случай отъезда  из города Мариуполя  ему (Нофенко), следует взять политконтроль в целом над газетой” [ДА СБУ-Д. – АСС 26824. – Арк. 28 зв].

           В “Мариюпильской газете” М.Фененко, согласно материалов архивно-следственной дела, была напечатана целая серия статей, какие следователи считали националистическими. Это: “Последний выборный Гетман Украины Павел Полуботок”, “Кошевой Иван Сирко – герой Запорожья”, “Архимандрит Иннокентий Гизель”, “Отец украинской истории М.С.Грушевский”, “Голод” (о голоде 1932-1933 гг. на Украине) и другой.

Tags: ОУН в Донбассе