Tags: Публицистика ОУН

Украино-российские отношения в трудах публицистов ОУН-3

Достаточно интересным является взгляд на российско-украинские взаимоотношения в статье Осипа Дякива-«Горнового» под названием «Наше отношение к русскому народу» (июнь 1949 года) см. [http://maidan.org.ua/static/mai/1162288338.html].

Статья интересна тем, что её автор вносит в идеи Позычанюка-«Шахая» существенные дополнения и уточнения относительно роли русского народа становлении российского империализма и его наступления на Украину. Осип Дякив более резок в своих оценках, потому что писал работу в 1949 году. Дякив различает в этой проблеме отношений двух народов две составляющие: первая – отношение к русским народным массам, вторая – отношение к российским империалистам. Социальные вопросы в данном случае не рассматриваются.

Исходя из установок Третьего Большого Сбора ОУН [август 1943 года] автор статьи отмечает, что ОУН выступает за уничтожение российско-большевистской семьи народов и переоснащения СССР в независимые национальные государства, в кругу которых нашлось бы место и России [Горновий Осип. Наше ставлення до російського народу – Літопис УПА, Т.9, С.79-92].  Только так можно взорвать российский империализм. Таким образом, ОУН борется не против русского народа, а за освобождение Украины от российско-большевистского империализма. Это освобождение не может быть враждебным русскому народу, потому что Украина нужна не ему, а империалистам. Экономически Россия и сама достаточно сильна. Империалисты сосредоточили в Украине только добывающую и сельскохозяйственную отрасль – и это уже является проблемой для украинского народа. Но экономическая эксплуатация колониальных окраин не дает ничего трудящимся массам, рабочим России, которых также беспощадно эксплуатируют. Поэтому, сражаясь за отделение, замечает Осип Дякив, «мы равнозначно хотим самого тесного  сотрудничества в политической, экономической, культурной отраслях с русским народом, как и с другими народами» [Горновий Осип. … С.83].

Право на независимую жизнь не опровергает стремления большевистской пропаганды утверждать, что якобы русский народ помогал украинскому народу в течение его истории, продолжает тот же автор. Это не отвечает действительности, потому что ещё во времена самодержавной России народные массы не имели никакого влияния как на внутреннюю, так и на внешнюю политику правительства [Горновий Осип. … С.85], как ни имеют его и в СССР. К тому же политика царской России и современных московских империалистов была всегда направлена на нещадную эксплуатацию Украины. И русский народ ничего не сделал, чтобы изменить такое отношение к Украине с середины XVII века и до сих пор. Одиночное доброжелательно отношение русской прогрессивной интеллигенции к отдельным украинским деятелям, скажем,  к Шевченко, в целом ситуацию не меняет.

Украинцы стремятся равноправно сотрудничать с русским народом, поэтому «мы решительнее  всего выступаем против приписывания русскому народу руководящей роли или – «старшего брата», что вытекает якобы из каких-то благородных, более высоких его черт. В мире нет неполноценных и полноценных народов, а есть развитые и ещё отсталые. «Теория» о высочестве россиян – сугубо империалистическая. Она создается на почве  самого обычного присвоения Украины (времен Киевской Руси), фальсификации других периодов истории. Украинцы выступают против этой расистской идеи высочества, потому что она ведет к разжиганию российского шовинизма в массах» [Горновий Осип. … С.86]. И хотя империалистический клан – это лишь сравнительно небольшая частица всего современного населения как русского, так и других народов (вполне денационализированных и русифицированных), но в целом русский народ не является враждебно настроенным к этой эксплуататорской, империалистической господствующей верхушке, классу. Поэтому русский народ и выступает у этого класса как империалистический прислужник в администрации, хозяйстве, культуре, образовании, профсоюзах, армии, милиции, МГБ. Поэтому, не отождествляя класс российских империалистов с русским народом, следует признать, что империалисты со своими прислужниками (где большинство – россияне), и значительная часть русских народных масс, взбаламученных большевистской пропагандой, выступает против нас [Горновий Осип. … С.89].

Осип Дякив-«Горновый» подчеркивает глубокое укоренение империалистических идей и в душах российских граждан. Это связано с многовековой привычкой притеснения россиянами других народов, что привело их к деморализации, которая способствовала империализму. Другая причина – отсутствие навыков демократической жизни. Автор также предостерегает своих читателей от недооценки такого укоренения империалистических идей в массах после того, как этот империализм будет уничтожен: «Потому что и тогда еще долго будет угрожать опасность империализма со стороны русского народа» [Горновий Осип. … С.91]. Это должен помнить и сам русский народ, он должен осознать, что российский империализм является причиной его тяжелого положения в течение всей его истории [Горновий Осип. … С.91].

Анализ Осипа Дякива достаточно четок и прозрачен, поэтому не нуждается в комментариях и в значительной мере правилен не только в оценке прошлого, но и современного в теперешнем отрношении России и большинства россиян к другим народам прежнего СССР, особенно – к Украине и к украинцам. Не выражен непосредственно, но вытекает из оценок автора еще один вывод: о личной ответственности человека за дело своей нации и её положение, в конечном итоге – о самой проблеме ответственности человека.

Ещё о Горновом – см.  [http://www.cdvr.org.ua/uvr.php?nomer=4&roz=9], [http://ukrnationalism.org.ua/get/book.cgi?n=81].

Очень эмоциональной является брошюра еще одного автора по проблемам украинско-русских отношений – «Всеволода Рамзенко» (настоящая фамилия неизвестна) под названием «Почему мы за Украинское Самостоятельное Соборное Государство?», которая была написана также в 1949 году – см. [http://cdvr.org.ua/publicystyka.php]. Запальчивый автор фактически отождествляет Россию, россиян и российский империализм. Нет возможности украинцам жить с россиянами в одном государстве, если первые хотят выжить, и вина за такое состояние дел в российском государстве с нерусскими народами лежит в первую очередь на народе, который позволяет своим властителям делать с собой всё, что тем заблагорассудится [Рамзенко В. Чому ми за Українську Самостійну Соборну Державу? – Літопис УПА, Т.10, С.116-136]. Тем не мене «Рамзенко» нигде не говорит о борьбе с русским народом, как таковым. Он ведет речь о необходимости уничтожения больщовистского империализма как самого свирепого врага самостоятельности и независимости народов [Рамзенко В. … С.124].

Подытоживая изложенное, можно сказать, что проблема украинско-российских отношений нашла глубокое и всестороннее освещение в украинской подпольной публицистике 1940-1950 лет. Авторы доказали первостепенную важность этих отношений для дела украинской независимости, самостоятельности, и при этом четко разграничили российский империализм и русский народ.


Украино-российские отношения в трудах публицистов ОУН-2

... и здесь напроказили товарищи "козлы".
Капустки, что ле, не обнаружилось?
Так хавайте клубничку!

 

Самой выдающейся статьей в этом направлении была работа Иосифа Позычанюка- «Дмитрия Шахая» под названием «Тактика относительно русского народа». Этот труд выделял и заострял изложенные в двух ранее рассмотренных произведениях проблемы, и была частью большей работы этого автора – «К вопросу борьбы за Украинскую Самостоятельную Соборную Державу». Если Мирослав Прокоп, в целом развивая программные положения организации, смотрел на украинско-российские отношения кое-где теоретически, то Иосиф Позычанюк писал тогда, когда эта проблема проявилась уже как полностью практическая. Он развивает некоторые общие программные положения ОУН в связи с проблемами, которые появились перед украинским освободительным движением после прихода Красной Армии на Украину [март 1944 на Волыни, октябрь 1944 в Галичине]. Упомянутая работа ценна и тем, что она не назначалась для печати, а была подготовлена для изучения и обсуждения руководящими кадрами ОУН (самостийников-державников), поэтому носит открытый, остро публицистический характер, что при несомненной писательской одарённости автора придаёт ей особую привлекательность для современного читателя.

Иосиф Позычанюк-«Д.Шахай»  исходил из того, что с 1943 года отношение украинского освободительного движения к россиянам и России является решающим в будущей борьбе ОУН-УПА. Это отношение и тактика, по его мнению, должны строиться на принципе: «Мы преследуем цель не конструктивную относительно русского народа, а деструктивную относительно московской империи, в развале которой русский народ должен сыграть свою историческую роль» [Д.Шахай. Тактика щодо російського народу – Літопис УПА, Т.8, С.203-252. Подчеркивание автора статьи] – см. также [http://litopys.org.ua/ukrxx/r06.htm]. Нужно использовать идеологию тех же большевиков в конфликте с ними, противопоставив ей «постепенную идею национального сотрудничества, мира и единства, на принципе воли, независимости, и дружбу народов как ровного с ровными» [Д.Шахай. … С.205. Подчеркивание автора статьи]. Такие лозунги и цели определяют потребность современного украинского движения, продолжает Иосиф Позычанюк. Следует обновить и избавиться от лишних националистических наслоений в идеологии и тактике этой борьбы. Ведь нужно четко осознать, что нельзя сразу же браться за украинское государство, а необходимо бороться за развал СССР. В этой борьбе следует надеяться на собственные силы, а не на внешнее вмешательство. Эта борьба должна происходить совместно со всеми порабощёнными народами (в том числе – с русским) в едином фронте против большевизма как политической и социальной системы, тоталитарного режима, которые ненавидит и сам русский народ. То есть, большевизму следует противопоставлять лозунги «социальной, политической революции – и то в самой основе СССР – России в первую очередь» [Д.Шахай. … С.208]. Таким обазом, борьба должна вестись как за украинское независимое государство, так и за демократические государства русского и других народов Союза. Доказательством того, что именно русский народ может стать той силой, которая развалит империю СССР, Иосиф Позычанюк считал распад империи Романовых, потому что именно русский народ играл решающую роль в её развале. Теперь украинские революционеры-самостийныки должны использовать извечную склонность русского народа к социальной борьбе, к социальным революциям [Д.Шахай. … С.211]. Россияне не поймут украинской национальной борьбы, она им явно враждебна, но идея социально-политической борьбы во всесоюзном масштабе им полностью импонирует. К числу аргументов антиимпериалистического плана автор относит и тот, что империю создал и держит не русский народ и его культура, а большевизм со своей доктриной. В связи с этим необходимо покончить с разжиганием обоюдного антагонизма украинского и русского народов, ведь именно на этом пути большевики достигли незаурядных успехов. Идти дальше в этом направлении, предостерегает автор статьи, означает быть откровенным врагом украинского дела [Д.Шахай. … С.213].

Украинцев при этом вовсе не касается, как россияне будут строить свою державу после развала СССР, как, собственно, будут развиваться внутренние российские  дела. Однако Позычанюк тут же предвидит, что после развала СССР возможно столкновение России с Украиной, но произойдёт это не сразу [Д.Шахай. …С.215].     

Незаурядными знатоками русского народа, указывает Позычанюк, были Маркс, Бакунин, Троцкий, Ленин. Их знаниями пользуются большевики – власть предержащие. Но советский режим, устранив одни противоречия царской России, породил другие – между народом и государством, между государством капиталистом-владельцем и промышленным пролетариатом, между государством капиталистом-землевладельцем и спауперизированым [доведённым до крайней нужды] крестьянством, национальные противоречия и другие [Д.Шахай. … С.221]. Наличие таких противоречий и соответствующая политика властей повлекли ненависть миллионов людей к режиму. В этих сложных социальных условиях большевизм, чтобы спастись, вынужден вновь, хотя и в замаскированной форме, выдвинуть идею русского народа в рамках идеи русского советского патриотизма. Таким образом, возникло еще одно противоречие большевизма – между провозглашенным интернационализмом и русским национализмом, подчеркивает автор. Но способен ли лозунг национал-патриотической идеи прижиться накрепко в русском народе? Нет, считает Иосиф Позычанюк. «Склонность к национальной борьбе русскому народу был мало свойственна. Поскольку он никогда не знал национального притеснения. Зато ему свойственна была склонность к социальной борьбе и к анархии» [Д.Шахай. … С.237]. Поэтому подобную идею и необходимо привнести в русский народ, обратив его внимание на эксплуататорский класс в стране государственного капитализма. Лозунг национальной революции и независомости также не должен напугать россиян, потому что именно этот лозунг в течение 25 лет уничтожался в головах населения.

Но если те, кто хочет побороть империю, подчёркивает Иосиф Позычанюк, вместо того, чтобы противопоставить россиян и существующий режим-большевизм, хотя бы в названии идентифицируют империализм и народ, то это приведет к сплочению самого народа против агрессора, который испытывает поражение. Немецкая политическая школа это довела практикой гитлеровцев на оккупированных территориях, потому что появилась угроза самому существованию нации. Украинские же борцы должны сказать: достаточно сталинского и гитлеровского социализма [Д.Шахай. … С.232], украинцы и россияне боролись против царизма и в 1905 году, и в 1917 году. Они вместе разобьют и сталинский кровавый режим «во имя мира, свободы и справедливости» [Д.Шахай. … С.233].

Если же привлечь русский народ к этой борьбе будет невозможно, то необходимо делать так, чтобы он (народ) был исключен идейно в борьбе большевиков с Украиной. В крайнем случае, следует добиваться, чтобы русский народ понимал устремления и был хотя бы пассивно на стороне тех народов, которые борются за независимость.

Развитие мнений Иосифа Позычанюка по этой проблеме ярко отражено во второй части его труда «Идея власовщины как политический и военный блок народов СССР», которая была написана уже в 1944 году. Автор видит силу этой идеи в её исходных позициях: развалить большевизм без воли, без идейной мобилизации и координации действий всех народов Союза, и в первую очередь русского, – невозможно [Д.Шахай. … С.240]. К тому же  идея такой борьбы бродит в массах, к ней, вероятно, в её практической деятельности присоединятся остатки всех возможных оппозиций в стране. Слабость власовщины заключается в  её общении с немцами, но эта слабость относительна, потому что в определенный период власовцы могут сыграть свою игру. Это сотрудничество с немцами, однако, может стать решающим фактором при образовании другой антибольшевистской силы всесоюзного значения, которая будет абсолютно не связана с немцами, а, наоборот, такой, что с ними борется [Д.Шахай. … С.243]. 

Украинские силы должны планировать и утверждать такой альтернативный антибольшевистский фронт, который был основан еще в 1943 году на Волыни. К тому же, пока власовщина появится, нужно иметь свою линию и не стремиться одолевать её, а направлять украинцев на борьбу за УССД. Выступать активно на этой фазе нецелесообразно, поскольку это способствовало бы большевикам, да и для этого не было возможностей. Если же поддерживаемые гитлеровцами власовцы ударят по большевизму, то позиция украинских сил будет иной. Необходимо будет противопоставить им активнейший единый революционный фронт, перетянуть все человеческие силы и резервы из лагеря власовцев под лозунги этого фронта [Д.Шахай. … С.248]. 

Иосиф Позычанюк допускал в известной степени, что если бы власовцы в России захватили бы власть, управляемые прежними и антисталинистскими кадрами (из партии), то на Украине они получили бы поддержку от подобных кадров, а это уже было бы повторением 1917-1921 года, чего никоим образом нельзя допустить [Д.Шахай. … С.246].

Изложение идей Иосифа Позычанюка свидетельствует, что автор использует против большевизма те же категории марксизма и даже как будто отчасти мыслит ими при изображении состояния СССР и способа борьбы с империей.  Впрочем, глубине провидения Иосифа Позычанюка это не навредило. Обращение его к русскому народу, по-видимому, было предопределено, в известной степени, и широкой пропагандистской кампанией по этому поводу в самом СССР в начале войны. Автор, кажется, лишь немного недооценил национал-патриотическое влияние в самой России, но это ведь стало очевидным лишь в последние два десятилетия XX века. Позычанюк первым поставил вопрос о распаде империи в зависимости от объективных причин и самой весомой из них считал участие самих россиян в развале империи.

В этом утверждении он так или иначе стал наследником идей XIX, а в дальнейшем и XX века – от Кирилло-Мефодиевского братства, а затем идей федерализации Драгоманова, которые поддерживала большая часть украинской интеллигенции вплоть до 1917 года. Но Позычанюк обратил внимание и на другой вывод из данной концепции, а именно  – на роль основной имперской нации в части основательных трансформаций в государстве.

Поднимаясь против существующего режима, а следовательно, объективно и против империи, россияне становятся союзниками украинцев. Такое предсказание, как мы уже знаем, оказалось верным, хотя и исполнилось только через полсотни лет после его изложения. Автор статьи указал также на факт существования оппозиции относительно режима со стороны части россиян – власовцев и предложил тактику действий относительно неё. Такое рассуждение интересно и тем, что оно отображало не только текущий политический момент, но и учитывало фактор русской оппозиции вообще и возможного союза или столкновений с ней в будущем.

В целом, исходя из статьи Позычанюка, борьба за украинскую самостоятельность делилась на два этапа. Первый – против большевистского режима (здесь украинцы выступают совместно со всеми русскими и нерусскими силами, которые будут идти против этого режима). Второй – уже собственно за Украинское Самостоятельное Соборное Государство, когда украинские самостийныки действуют независимо, и здесь не исключена попытка новых русских посягательств прежней империи на Украине. Впрочем, судя по направлению мысли идеолога ОУН, он не отрицает того, что эти этапы могут определенным образом и совмещаться.

Нужно отметить отдельно: концепция Позычанюка стала стратегической в развитии украинского освободительного движения следующих десятилетий. К сожалению, автору не суждено было развить ее глубже. Иосиф Позычанюк погиб в бою с НКВД 21 декабря 1944 года.

 


Для тих, хто ще не остаточно зрозумів, що воно ото таке було, є (!), буде (?)

ГАНЬБА ХХ-го сторіччя.
Частина 1: http://www.kavkazcenter.com/ukr/content/2009/12/23/12085.shtml
Частина 2: http://kavkaz.tv/ukr/content/2009/12/23/12082.shtml
Частина 3: http://kavkaz.tv/ukr/content/2009/12/23/12083.shtml
Частина 4: http://kavkaz.tv/ukr/content/2009/12/23/12084.shtml

Встигни прочитати, поки не знищили. 


Украинско-немецкие отношения в работах публицистов ОУН (2)

Одно из объяснений, почему ОУН не опасалась немецких влияний в Украине в то время, находим в статье «М.Вирового» (настоящее имя – Мирослав Прокоп) в журнале «Идея и чин», 1943, №2. Удар гитлеровцев по организованному националистическому движению, колониальная политика гитлеровцев, вполне правильно замечает автор, усилила московские влияния в Украине как отпор немецким. Вновь оказалось, что украинская самостийницкая идея очутилась меж двух врагов – между немцами и большевиками. Но немцы и этом плане, пишет М. Прокоп, не столь страшны. За исключением агентов гестапо и части оппортунистов (к ним он относит гетьманцев и мельниковцев), у населения они не имеют доверия. То есть на немецкого «освободителя» в Украине никто не ориентируется.

Приведем изложение еще одного документа – политического постановления Второй конференции ОУН (самостийнков-державникив) Бандеры в 1942 году, которая лишний раз разоблачает антинемецкий характер этой структуры, а также то, что в освободительном украинском движении совмещались значительные социальные тенденции. ОУН в этом документов резко осуждает земельную политику оккупантов. Земельная политика, которая проводится немцами, имеет целью закрепление их власти путем создания видимости освобождения. Тем самым отвращается внимание украинского народа от борьбы за свою власть [Політичні постанови Другої конференції ОУН – Літопис УПА, Т.24, С.48-52]. Практическая цель такой политики – добиться как можно больше рабочей силы и сельскохозяйственной продукции.

Вопрос земельной реформы был важен для ОУН Бандеры, украинского движения в целом, хотя бы потому, что большая часть нации тогда проживала в сельской местности. Известно же потому, как уповал на крестьянство одно время Дмитрий Донцов. Но известно также и то, что немецкая реформа в сущности сохранила и усилила систему подневольного труда на селе, основанную большевистскими колхозами и совхозами и сохраненную немцами, и ими преумноженную.

О причинах украинско-немецких столкновений на фоне распознанного интересного немецко-русского родства идет речь также в статье О.Бродовича. Анализ оснований этой войны за Украину автор делает с учётом и её геополитического расположения, и её богатых природних ресурсов, благодаря которым она стала точкой пересечения домаганий более сильных соседей. Потому-то значительная часть статьи и отведена рассмотрению Германии, России, и отчасти – Польши. Сам автор видит причины второй мировой войны в Версальском соглашении.

Сравнивая Россию и Германию как две большие силы, О.Бродович обращает внимание на их взаимное тяготение. По его мнению, это сказалось в онемечении русского императорского двора (так же – и декабристов), русской науки, философии, – особенно взглядов Маркса и Энгельса, а также в надеждах большевиков на немецкий пролетариат. С другой стороны, немецкие теории, идеи, сотворённые в Германии, не могли быть осуществлены в ограниченных пространствах с ограниченными средствами, скажем, изобретение «сверхчеловека», прусский догматизм и универсализм, пангерманский централизм, иные формы, до гитлеризма включительно, творились для Востока [Бродович О. До генези української-німецької війни 1941-1944 років – Літопис УПА, Т.8, С.257-299].

Россия же стремилась через Германию примкнуть в Европу. Впрочем, кое в чём отступая от своих предыдущих утверждений, тот же автор дальше говорит, что и гитлеризм, и большевизм были порождением своей среды. Бродович далек от отождествления обеих доктрин (к такого отождествлению отчасти был склонен Ярослав Старух-«Ярлан»). Именно потому, что созданы они были благодаря истории и соперничеству двух разных народов Европы. Обе этих доктрины являются продолжениями прошлых исторических устремлений двух народов в их историческом движении. Собственно, автор, кажется, хочет сказать, что именно Россия и Германия определяли судьбу Восточной Европы в течение длительного времени [Бродович О. До генези української-німецької війни 1941-1944 років – Літопис УПА, Т.8, С.265-267], хотя откровенно, точнее открыто, этого не делает.

Именно потому, что множество немецких доктрин были созданы по русскому подобию, они, по мнению. О.Бродовича, были обречены. Это же касается и гитлеризма, потому что он не принял во внимание того, насколько глубоко укоренилась в народе советизация, как и марксизм, кстати [Бродович О. До генези української-німецької війни 1941-1944 років – Літопис УПА, Т.8, С.291]. Опираясь на многовековые традиции, россияне и советизацию сделали собственной идеологией господства. Поэтому попытки немцев сломать её и вызывали сопротивление тех же россиян, а вместе с ними – и новосформированного как одно целое советского народа из разных наций. В этих условиях, подчеркивает автор, Украина, украинцы были должны в скором времени, а именно – с 30 июня 1941 года стать на борьбу с Германией. Определённая согласованность позиций, которая имела место в прошлом, когда Германия выступала против коммунизма, прошла. И когда украинский народ почувствовал её прелести на собственных спинах, в собственных судьбах, то он взял в руки оружие и пошел в лес. «Лесная проблема была следствием трагедии украинского народа. Никто её искусственно не творил, она сама явилась перед народом. Новая оккупационная действительность убедила массы, что без своей власти не будет жизни на украинской земле» [Бродович О. До генези української-німецької війни 1941-1944 років – Літопис УПА, Т.8, С.296]. Так появляется Украинская Повстанческая Армия.

Нужно заметить, что О.Бродович имеет далеко меньше надежд на существующие в СССР противоречия, чем те, о которых писал за два года до него Иосиф Позычанюк-«Шугай», но отмечает, что война высвободила человека из разных пут и кандалов. Последние слова Бродовича – как возможный вариант развития событий в будущем.

Продолжение следует.


Получение независимости и будущее Украины в работах публицистов ОУН (4)

Несколько статей на эту тематику написал О. Дякив-Горновый. В одной из них от развивает мысли о морально-идейных результатах движения и делает такой вывод: «Одной только политической революции мало. Наша окончательная цель – основное перерождение украинского народа, его полная мобилизация вокруг идеи независимости Украины. Только это одно может нас заверить, что наша победа не будет кратковременной. Итак, нам необходима, помимо политической, ещё и духовная революция украинского народа»  [Дяків-Горновий О. Перспективи нашої боротьби. – в кн.: Ідея і чин. – С.75-78].    Легкомысленно относиться к процессу денационализации и его влиянию на духовность украинского народа нельзя, поскольку это сильно сказалось на народе, тем более, что захватывает уже не только ведущие его слои, но и низы. Духовная революция является более ценной, поскольку без неё политическая революция сводилась бы к эффектному явлению, которому очень скоро пришел бы конец [Дяків-Горновий О. Перспективи нашої боротьби. – в кн.: Ідея і чин. – С.80]. Пожалуй, ничто так ярко не иллюстрирует мысли Дякива о духовной революции нации, как нынешняя украинская действительность, состояние настроений и чувств населения и государственных деятелей. Попутно отметим, что уже тогда А. Дякив высказывал озабоченность духовным состоянием большинства нации. Действительно, в прошлые века, если кто и подвергался тотальному отходу от своей национальной идентичности, то почти исключительно это были ведущие слои украинского общества, но оставался простой люд как яркий этнос, из которого потом формировались новые элиты. Идеологи национального движения подметили, что теперь [40-е годы XX века] угроза индоктринации инонациональными, имперскими влияниями захватывает не только ведущие слои населения и интеллигенцию, но и с развитием средств массовой информации – ту часть нации, которая ещё является украинской, в том числе и путем форсированного превращения крестьян в рабочих в русскоязычном и чужом для них городе.     

Осип Дякив не отрывает фактор морального состояния от других, главными из которых он считал

а) состояние собственных сил,

б) состояние сил противника;

в) международную ситуацию.

Для победы силы противника должны быть ослаблены, и лучше – как следствие войны. Автор приводит исторические примеры того, как это происходило. Международная ситуация тоже может быть неблагоприятной, а может и благоприятствовать получению независимости, но при этом она не является стабильной, она всё время меняется. К тому же борьба порабощённого народа тоже может влиять на эту ситуацию и вызвать благосклонное отношение к себе, как показывает, например, опыт Греции в борьбе за независимость с Османской империей. И всё же самым важным фактором борьбы Дякив считал опору на собственные силы. Эту мысль публицист развил в следующих статьях - «Почему в нашей борьбе ставим на собственные силы украинского народа?» И «Почему мы победим».   

Конечно, революция требует жертвенности и не обойдётся без жертв. Но фактор собственных сил зависит именно от порабощённого народа. Исторический опыт учит, что и духовные революции происходят ценой крови борцов. Отсюда Дякив выводит кроме прямых тактических достижений борьбы за независимость, опосредованные стратегические. «Сегодня непосредственно не добывается ещё украинский государство. Но ведужаяся сейчас борьба приобретает её в духовной плоскости. Должно произойти обновление общества. Тот, кто говорит, что в этой борьбе движение проигрывает, ошибается. Мы проиграть вообще не можем, если наша борьба и в дальнейшем будет столь же героической. Мы могли бы проиграть и окончательно скомпрометировать идею Украины только тогда, если бы капитулировали. И это врагу известно» [Дяків-Горновий О. Перспективи нашої боротьби. – в кн.: Ідея і чин. – С.87].   Публицист выражает уверенность: «Мы победим прежде всего потому, что боремся за правду и справедливость, за существенные устремления украинского народа, потому что наши идеи передовые»  [Дяків-Горновий О. Чому ми переможемо? – в кн.: Ідея і чин. – С.95-99]. Он называет факторы, которые будут способствовать такой борьбе и победе: противоречия между народными массами и большевистскими вельможами, которые неизбежно поспособствуютут уничтожению режима, противоречия между большевистскими и англо-американским блоками. По мнению Дякива, именно они неизбежно приведут к войне, а война раскроет перед украинским движением возможности для развёртывания борьбы и расширения круга его союзников. Кадры для этого уже есть [Дяків-Горновий О. Чому ми переможемо? – в кн.: Ідея і чин. – С.98].

Деятели и идеологи украинского освободительного движения 40-50-х годов полностью осознавали не только объективные, материальные помехи перед украинским народом в деле обретения государственности. Они видели и субъективные факторы, и прежде всего – проблемы психологические, которые возникли бы перед каждой нацией в критических чрезвычайных ситуациях. Тогдашние настроения широкой украинской общественности были проанализированы и описаны в работах подпольной публицистики.

Как считает анонимный автор военных времен, широкие круги западноукраинского гражданства надеялись, что война принесет украинскому народу самостоятельное государство. Их направление мысли было таким: в 1918 году эта самостоятельность была проиграна, потому что за дело государственной перестройки взялись оторванные от украинского почвы и неспособные к созданию государства личности. Теперь, когда за дело взялись националисты и их ведущая организация, самостоятельная Украина непременно должна появиться [Документ ЦДАВОВПУУ, ф.3833, оп.1, спр.216, арк.73]. И все же основная масса общества только присматривалась к усилиям ОУН, надеялась получить от неё независимость как дар. То есть вопрос государственности для этой массы определялось только временем, а не участием в борьбе. Пришла война – националисты пока государственности не дали, и в мышлении рядового украинского возникла пустота, а потом – разочарование. А если окончание войны совсем не даст нам государственности? - вопрошает автор документа. Какие мотивы нашего народолюбия и патриотизма? «Что-то у нас ламается, поскольку отпала вообще возможность борьбы за Украину или потому, что развеялись мечты о выгодной жизни в собственном государстве, о хороших должностях, хорошей зарплате и тому подобных благах?» Но как быть с предшественниками в этой борьбе – просветителями, культурниками – ведь они проповедовали, не надеясь на быструю отдачу?

Оригинальное видение конкретных внутренних препятствий в борьбе за украинскую независимость имеется в статье П. Думы (Дмитрий Маевский) за 1943 год. Первым таким препятствием автор считает длительную ориентацию на чужие силы [П.Дума. До питання внутрішніх перешкод української національно-визвольної боротьби – Літопис УПА. – Т.24. – С. 185-189]. Особенно это касается украинских народных масс под властью Москвы. «Проживая поколениями в национальной российской империи, часть наших земляков влюбилась в большое её пространство, в широкий стиль многонационального государства, в одну шестую земного шара и теперь не умеет и не хочет думать государственно-политическими категориями собственной самостоятельности на своих землях. И от того у них такие поиски интернациональных, космополитических и всесоюзных концепций, и от того в них – вера в доктрины, теории и утопии» [П.Дума. До питання внутрішніх перешкод української національно-визвольної боротьби – Літопис УПА. – Т.24. – С. 186].

Опять констатируем: сказано будто об украинском нынешнем бытии ...

Неверие в свои силы, бесперспективность (с точки зрения таких групп) национально-освободительной борьбы, пишет публицист, это и есть признаки политической болезни, которая нашла свое пристанище в украинской среде, и не только на восточных землях, но и в западнях¸ и в эмиграции, только там ищут опоры на Берлин или на какие либо другие метрополии.

Существует ещё одна помеха движению: отношение к борьбе украинского народа некоторых политических группировок. Действуют они в эмиграции, частично – на Западной Украине. Эти десятки групп, не оказывая реальной помощи освободительному движению, стремятся выдавать себя за представителей украинского народа [П.Дума. До питання внутрішніх перешкод української національно-визвольної боротьби – Літопис УПА. – Т.24. – С. 187].

Но самым большим внутренним препятствием национальному движению П. Дума считал разделение украинских масс по двум духовно-мировоззренческим и общественно-культурным ментальностям [П.Дума. До питання внутрішніх перешкод української національно-визвольної боротьби – Літопис УПА. – Т.24. – С. 188]. Одна из них – восток Украины, другая – запад Украины. Обе ментальности имеют свои позитивне стороны. Но автор обращает внимание прежде всего на отрицательные стороны. На востоке это уже упоминавшийся «московский комплекс», главным образом среди городского интеллигентного украинства. Национальная его принадлежность сведена к узкому региональному чувству. Отмечается эта ментальность и стремлением к эгалитаризму, уравнению вниз, а не вверх. На украинском западе самой большой бедой является узко-провинциальный патриотизм, который мешает многим перестроиться на широкую платформу всеукраинского освободительного движения. Эта местечковость, зашоренность определяет также нехватку веры в способности и государственный потенциал остальных украинских земель, узость концепций, планов и организаций.

Как преодолеть эти различия и негативы двух ментальностей? По мнению автора, выход может быть найден только в двусторонней гармонии, отборном синтезе их обеих, с отбрасыванием крайних негативов, для того, чтобы создать говый тип украинского государственника [П.Дума. До питання внутрішніх перешкод української національно-визвольної боротьби – Літопис УПА. – Т.24. – С. 189].

Через несколько лет после этого Петро Полтава назвал среди негативных черт украинской духовности, возникших в результате многовековой неволи, также – недостаток интереса к общественными общенациональными делами, грубый материализм, хуторянство некоторых групп украинского гражданства. Они остановились в своих притязаниях на проблеме сохранения традиционного украинского быта [Полтава П. Елементи  революційності українського націоналізму. – Літопис УПА. – Т.24. – С. 441-463].  В массах начали проявляться и такие черты, как пассивность, покорность перед чужой силой, с каждым разом слабеющий протест против ударов оккупанта. Украинская соглашается со своей судьбой мученика ...

Петро Полтава отмечает, что среди восточноукраинского гражданства до сих пор распространён тип украинца – советского патриота. Серьёзно укоренились среди части общества идеи о том, что Украина не может существовать без СССР, а лишь в союзе с Россией. Другой чертой психологии такого типа граждан является слепой страх перед НКВД, переоценка силы и мощи режима. Общенациональной чертой интеллигенции Восточной Украины является её тяготение к русской культуры, языка, пренебрежение родной культурой, языком, предпочтение русскому и недооценка украинского [Полтава П. Елементи  революційності українського націоналізму. – Літопис УПА. – Т.24. – С. 450].

Представляется, что приведённые статьи Думы и Полтавы представляют собой своего рода попытки проанализировать негативные последствия признанных черт мировоззрения украинства: идеализма, эмоциональности, религиозности, индивидуализма. Но при этом авторы не исследуют связь мировоззренческих черт с политическим сознанием или поведением, а только называют их как негативные факторы для политической борьбы. Основной причиной такого состояния оба автора считают нехватку собственной воли, и отсюда – опора на чужие силы со всеми вытекающими последствиями из такой психологической установки.

 

 

Продолжение следует ...
 

Получение независимости и будущее Украины в работах публицистов ОУН (3)

На первый план выдвигается политико-пропагандистская и политически-организационная работа. Как она представлялась идеологам национального движения, узнаем из ряда послевоенных публицистических произведений. Петро Полтава утверждал, что надо сохранить и закрепить организацию, и в дальнейшем её развивать, потому что без неё народ не освободится при самых благоприятных условиях [Полтава П. Про наш план боротьби за визволення України в теперішній обстановці – Літопис УПА. – Т.10. – С. 101-113], см. http://www.litopysupa.com/main.php?pg=2&bookid=10.. Чрезвычайно важно, чтобы такую организацию народ имел на собственных землях, а не в эмиграции. «Освобождение порабощенного народа, – отмечал идеолог, – почти всегда зависит только от того, что этот народ добудет на своих собственных землях, а не в эмиграции» [Полтава П. Про наш план боротьби за визволення України в теперішній обстановці – Літопис УПА. – Т.10. – С. 103]. Далее автор отмечает: «Такая организация действовала бы успешно, если бы соответствовала желанию широких народных масс и если бы эти массы знали широко о нашей программе» [Полтава П. Про наш план боротьби за визволення України в теперішній обстановці – Літопис УПА. – Т.10. – С. 105]. Но если с первым всё было в порядке, то со вторым, по мнению автора, положение крайне неудовлетворительное, особенно на восточных землях Украины. Эта пропаганда на Востоке поставлена второй важнейшей задачей в освободительном плане ОУН, отмечал публицист. Необходимо вести борьбу, чтобы большевики не могли легко осуществлять свое влияние на Украину, не могли развивать свою партию, комсомол, проводить коллективизацию и русификацию. То есть, необходимо было противодействовать возобновлению индоктринации [вдалбливанию] коммунизма, от которой массы отчасти освободились в годы войны и чего очень боялись компартийные идеологи. Самым первым и самым главным Петр Полтава считал необходимость оказывать «решительный сопротивление политике русификации украинского народа со стороны Москвы. Эта политика угрожает полным уничтожением нас как отдельного народа» [Полтава П. Про наш план боротьби за визволення України в теперішній обстановці – Літопис УПА. – Т.10. – С. 106].

Неизменным оставалось у публицистов ОУН отношение к основным чертам украинского государства после завоевания независимости: самостоятельная Украина – это прежде независимое ни от кого демократическое государство, построенное украинским народом на своих этнических землях. Такая Украина (это особо подчеркивалось) не будет знать эксплуатации человека человеком. По мнению Петра Полтавы, это следовало из фактического положения дел на украинских землях того времени. Поскольку там не существовало частной собственности, а экономическая эксплуатация основывалась тогда на колониальном положении Украины в СССР, социальная эксплуатация работающего люда была реализована классом большевистским вельмож, то с завоеванием политической самостоятельности и построением социального строя на справедливых началах эксплуатация могла бы исчезнуть. «Лишь тогда принцип общественной собственности станет основой действительно счастливой, действительно состоятельной, действительно культурной жизни, станет мощным двигателем развития производительных сил Украины. Поворот к капитализму в случае Украины был бы во всех отношениях шагом назад, регрессом» [Полтава П. Концепція самостійної України і основна тенденція політичного розвитку сучасного світу – Літопис УПА. – Т.9. – С. 15-75], см. http://www.litopysupa.com/main.php?pg=2&bookid=9.

То, что такая направленность программных документов ОУН не была временным явлением, ни случайностью, позже было засвидетельствовано во «Вступлении» к книге «Позиция украинского освободительного движения». Его анонимный автор в развитие идей III Великого Сбора ОУН об империализме и освобождения народов доказывал необходимость уничтожения капиталистической имперской эксплуатации человека человеком. При этом автор исходил из того, что освобождение народов возможно только при условии уничтожения империалистической системы международных отношений, потому что сама система держится только на эксплуатации трудовых масс [Позиції українського визвольного руху, 1948. – С.18]. Поэтому выходит, что национально-освободительная борьба органически связана с социально-освободительной революцией и что общественное и экономическое освобождение украинских народных масс возможно лишь при условии устранения как частнокапиталистического, так и государственно-капиталистичного способа производства. На их место должен прийти уклад хозяйственной демократии. Кстати, определение хозяйственной демократии впервые представлена именно в этом документе. Такая демократия возникает при обобществлении средств капиталистического производства (таким автор считал и СССР) и планового построения нового общества на демократических началах «при сохранении индивидуально-частного производства и свободы трудовой частной хозяйственной деятельности и инициатив» [Позиції українського визвольного руху, 1948. – С.18].

К вопросу демократии публицисты ОУН вернулись в труде «Разъяснение Провода ОУН на Украинских Землях» в июне 1950 года. Приведенная ниже цитата свидетельствует о принципиальности этого положения для тогдашней идеологии национального движения: «Мы боремся за то, чтобы внутренний порядок в Украинские Государству был построен на здоровых демократических началах ... Мы считаем, что здоровый демократический строй создает наилучшие предпосылки для всестороннего развития творческих сил народа и единицы, способствует воспитанию высокой политической культуры народа, обеспечивает защиту перед созданием антинародных кругов и классов, обеспечивает минимально болезненное прохождение внутреннего оздоровления, высоко поднимает достоинство и ценность человека. В то же время мы против разлагающей демократии, которая приводит к слабости государственной власти, к проставлению партийных интересов выше общенациональных, к упадку политической культуры, деморализации народа, к разрушению основ, на которых строится здоровое общество и сама демократия, что в результате закончится или порабощением народа, или тоталитаризмом внутри страны» [Кричевський Роман. ОУН в Україні. ОУН (за кордоном)  і Закордонні частини ОУН: Причинок до історії українського націоналістичного руху. – Львів: Меморіал, 1991.  – С.51-52].   

Тяжелыми и важными для ответа на послевоенное время были вопросы о целесообразности самой борьбы, когда путь к реализации освободительного движения казался очень длинным и далеким. Отвечая тем, кто сомневался в целесообразности существования вооруженного подполья, Петро Полтава писал, что в СССР просто невозможно иначе, как с оружием в руках, вести сколько-нибудь серьезную, успешную политическую и освободительную борьбу в условиях большевистского режима. Пятилетний опыт борьбы и пылкой веры в победу это доказывает. Основной базой борьбы стала Западная Украина. Это произошло благодаря высокой национальному и самостоятельному сознанию украинского народа именно здесь и благодаря значительной революционности широких западноукраинских масс  [Полтава П. Безпосередньо за що ми ведемо бій – Літопис УПА. – Т.9. – С. 75-99]. Эта же борьба и революционизирует народ, хотя нельзя забывать и о большой воспитательной работе украинских патриотов нескольких поколений, начиная от Маркияна Шашкевича. Наконец, именно здесь лучше всего развита сеть ОУН. Без подпольной вооруженной борьбы эта организация не смогла бы сохраниться. Поскольку организация – это прежде всего люди. Нет революционной организации там, где нет людей, которые выполняли бы революционную работу [Полтава П. Безпосередньо за що ми ведемо бій – Літопис УПА. – Т.9. – С. 84]. Прекращение борьбы означало бы уничтожение или упадок национального самосознания широких народных масс. Опыт определённых регионов Украины это доказывает. Сосуществование с большевиками приводит к равнодушию к национальным проблемам. Туда, где нет нас, приходит оккупант. В перспективе это привело бы к тому, что некому было бы не только бороться за украинское государство, но не для кого было бы это государство строить  [Полтава П. Безпосередньо за що ми ведемо бій – Літопис УПА. – Т.9. – С. 90]. Борьба закаляет людей, укрепляет национальную солидарность, активный патриотизм, без которых порабощённым народом не победить оккупантов  [Полтава П. Безпосередньо за що ми ведемо бій – Літопис УПА. – Т.9. – С. 107]. Движение патриотов национальной идеи не только обороняется. Оно должно и наступать – туда, на восток, где есть основной массив работы, преимущественно – печатным словом. Петро Полтава подчёркивал, что уже сам факт существования в Украине революционного плацдарма на западных землях «имеет огромное революционизирующее и национально-воспитательное значение», т.к. идея независимой Украины ширится среди обольшевиченных масс.

С другой стороны к целесообразности сопротивления режима подходит И. Настасин. Он считал, что капитуляция перед большевистской Москвой была бы равносильна самоубийству украинского народа [Настасин І.В. В умовах нової дісності. – Літопис УПА. – Т.9. – С. 95-127]. Ведь после подавления сопротивления в Украине в 1922 году за неполных двадцать лет в ней было истреблено голодом, расстрелами и ссылками около 9 миллионов человек. Эти жертвы несопоставимы с жертвами первой мировой войны, революции, несопоставимы с жертвами других народов в годы второй мировой войны.

Публицист Настасин прав. Разве погибло бы от рук гитлеровцев 5 миллионов евреев, если бы этот народ боролся за свое существование? Каждый народ¸ который чтит свое национальное достоинство и честь, выберет в условиях угрозы борьбу, которая убережёт его от деморализации и создаст крепкий дух нации. Замечательный совет не только тогдашним современникам по активным действиям против оккупантов, но одновременно и предупреждение возможных упрёков со стороны поздних и нынешних критиков относительно необходимости такой борьбы.

 

Продолжение следует ...

Получение независимости и будущее Украины в работах публицистов ОУН (2)


Важнейшие решения III-го Сбора касаются программы ОУН-Бандеры и тактики движения на будущее. Изменения, внесенные в программу организации, были логично выведены из предыдущих программных и политических документов, особенно – военной поры. Неизменной целью ОУН оставалось Украинское Соборное Самостоятельное Государство. В продолжение предыдущей идеологии ОУН – Большой Украиной – изображалось это государство в программных постановлениях III-го Сбора. О нациократии в программе уже не вспоминалось. Будущая власть названа народной –  без помещиков и капиталистов. Наивысшими интересами власть будет считать народные интересы. Поскольку власть не будет иметь захватнических целей за пределами своих границ, не будет стремиться к порабощению народов в своей стране, не будет создавать аппарат подавления, то весь свой потенциал эта власть будет направлять на построение нового государственного порядка, справедливого социального строя, на экономическое строительство страны и культурный подъём народа [Постанови III Надзвичайного Великого Збору Організації Українських Націоналістів. – Літопис УПА. – Т.24. – С.223-337] см. также http://www.lytvyn-v.org.ua/history_of_ukraine/index.php?article=ch5_r8_3dok . Кроме этих общих, идеальных положений Программа содержала полностью реальные очертания того нового общественного строя. Указывалось на единство национального и социального освобождения – и в деталях постановлений это так и выглядело, хотя до того многие даже из руководителей ОУН почитали национальное освобождение как синоним социального.

ОУН боролась за Украинское Соборное Самостоятельное Государство, в котором должна была бы быть уничтожена колхозно-совхозная система сельского хозяйства. Впрочем, формы пользования землей не узаконивались, хоть земля оставалась в  собственности народа, т.е., нужно понимать, – государства. Допускалось индивидуальное и коллективное владение землей. На западе Украины помещичья, монастырская, церковная земля передавалась бы народу [Постанови III Надзвичайного Великого Збору Організації Українських Націоналістів. – Літопис УПА. – Т.24. – С.223-337]. Таким образом, в целом Программа предусматривала осуществление земельной реформы. Провозглашение первым пунктом программных требований земельного вопроса свидетельствует о том, что авторы документа хорошо представляли суть земельных отношений при большевистском и немецком оккупационных режимах, и видели в украинцах на то время прежде всего хлебопашескую нацию. Тогда это отвечало действительности, и крестьяне были представлены в ОУН и в УПА наиболее массово.

 

Collapse )

Получение независимости и будущее Украины в работах публицистов ОУН (1)


Получение независимости и будущее Украины в работах публицистов ОУН

 

  Именно в этом направлении общественно-политическое мнение 40-50-х годов XX века претерпело наиболее существенную эволюцию.

Проблема заключалась  потому, что уже накануне и особенно во время второй мировой войны положение украинства на всех его этнических землях в аспекте достижения независимости значительно ухудшилось. Страны, от которых зависела судьба Украины, в первую очередь Германия и СССР, были достаточно сильны и не заинтересованы в её независимости. Самый яркий тому пример – судьба Карпатской Украины. Меньшие соседние государства пытались завладеть теми или другими украинскими землями, поэтому в их планах также не было места независимой Украине, которая, кстати тогда считалась частью СССР, а не самостоятельным субъектом.       Территории Украины, которые раньше входили в Польшу, а впоследствии – в Германию и Советский Союз, не могли быть использованы (особенно – с началом войны) в качестве мощной базы для развертывания тех или иных военных или военизированных сил, которые выступили бы за украинское дело. Не могли там свободно действовать и определённые легальные структуры или политические партии такого же самостийницкого направления. С другой стороны, значительно ослабился анти-польский фронт борьбы украинских националистов, и обе фракции ОУН получили возможность замедлить боевые действия и распространить свое влияние на всю территорию Украины.       

В этих условиях особое значение приобретает ключевой тезис ОУН-Бандеры, изложенный в резолюции Второго Большого Сбора ОУН (апрель 1941 года). В нём было отмечено, что организация будет продолжать революционную борьбу за украинскую независимость «невзирая на территориальные и политические изменения, которые могут произойти в Восточной Европе» [ОУН у світлі постанов Великих зборів конференцій та інших документів боротьби 1929-1955 рр. – Мюнхен, 1955], то есть – в случае замены одного оккупанта на другого, в данном случае СССР – на Германию. Тогда же было выработан и принцип не только как ключевой в вопросах национализма, но и практически единственно возможный в тех обстоятельствах: опираться на собственные силы. Обоснование этих решений содержится в фундаментальном труде Осипа Дякива-«Горнового», написанном уже после завершения войны. Но на то время этот принцип как раз и утвердился ещё больше.         

 

Collapse )

Украина как часть СССР в трудах украинских националистов - 3


Определенной инновацией подпольной публицистики ОУН было обращение к конкретным проблемам послевоенной украинской действительности. То была не только реакция на ассимиляционное, русификаторское давление из Москвы, но и показатель зрелости общественной мысли, ориентации на патриотическую украинскую интеллигенцию, новую советскую интеллигенцию, образованную молодежь. 

В подпольных произведениях того времени нашла также отражение ещё одна общенациональная проблема украинства, которая выразительно удостоверяла колониальный статус Украины – голодоморы, особенно голод 1946-1947 лет. Они рассматривались в первую очередь как следствие того уклада, который существовал в советском селе.

Колхозно-совхозная система рассматривалась публицистами как средство эксплуатации всего крестьянства СССР и крестьян Украины – в первую очередь. Это утверждение не было преувеличением, как с точки зрения роли Украины в СССР, так и с учётом того факта, что украинцы продолжали оставаться преимущественно крестьянской нацией, потому в колхозах и очутилось 80 % украинского народа [Полтава Петро. Колоніальна господарська політика більшовицьких імперіалістів в Україні. – в кн.: Збірник підпільних писань. – Мюнхен, «Український самостійник», 1959. – С.289-336]. Ввиду того, что сельское хозяйство республики занимает очень почтенное место в полеводческой продукции СССР, а жизненный уровень украинских колхозов слишком низкий, степень эксплуатации украинского села крайне большая. Даже в 1933 году из УССР было вывезено 91 млн. ц зерновых, то есть четверть товарного зерна всего СССР. Структура сельского хозяйства Украины тоже носит колониальный характер, пишет тот же автор. Республике навязано пшенично-свекольная специализация, и сельское хозяйство не интенсифицируется, на его развитие выделяется менее всего капиталов, потому есть отставание во многих местах. Любые потрясения ставят такой тип хозяйства на грань краха, обрекая крестьян на бедность и голод. Так, в 1932-1933 годы, по оценке Осипа Дякива-«Горнового», умерло 7 млн. человек [Дяків-Горновий О. Шовіністичне запаморочення і русифікаційна гарячка більшовицьких імперіалістів. – в кн. «Ідея і чин», Нью-Йорк-Торонто-Мюнхен, 1968. – С.495].

 

Collapse )

Украина как часть СССР в трудах украинских националистов - 2


В подпольной публицистике того времени по возвращении советской власти на Украину есть детальное описание и прежде вего попытки анализа разных сторон жизни республики. Наиболее удачной является работа Осипа Дякива «Шовинистическое головокружение и русификаторская лихорадка большевистских империалистов», в которй публицист обстоятельно проанализировал усиление русификации в послевоенное время в сфере истории, литературы, киноискусства, цитируя соответствующие партийные постановления. Суть и содержание этих постановлений ныне хорошо знакомы современному украинскому читателю. Именно тогда происходило выискивание националистических извращений и буржуазных влияний во всей сфере общественных наук и искусства. В июле 1946 года ЦК ВКП(б) обвинил украинских коммунистов в том, что они «не уделяют надлежащего внимания подбору кадров и их политически- идеологической подготовке в отрасли науки, литературы и искусства, где существует враждебная буржуазно-националистическая идеология и имеют место украинские националистические концепции» [Субтельний Орест. Україна. Історія. – К.: Либідь, 1991. – С.428]. Это был зловещий знак для всей украинской культуры. Впрочем, выглядело это так, что в значительной мере этому способстовали «свои» украинцы. Так, в докладной записке консультанта управления пропаганды и агитации ЦК ВКП(б) Андрея Лихолата за июнь 1945 года был подвергнуты сокрушительной критике учебники по истории Украины такими словами: «Эти фашистско-националистические бредни Крипякевича, Терлецкого, Барвинского и других националистов до сих пор не разоблачены украинскими советскими историками» [Российский центр хранения документов новейшей истории, ф.17, оп.125, д.310, л.24].  Стараннями Н.Хрущёва (1944-1947 – Председатель Совета Министров Украины) и его помощника К.Литвина (на то время секретарь ЦК КП(б)У по идеологии и заместитель Председателя Совета Министров) была начато идеологическая прорработка художественных, исторических произведений еще до указания из союзного ЦК. Дело ускорилось с назначением на пост первого секретаря ЦК компартии республики Лазаря Кагановича [март-декабрь 1947]. Тот сразу дал указание готовить пленум ЦК КП(б)У с повесткой дня «Борьба против национализма как главной опасности в КП(б)У». Пленум не состоялся, поскольку Кагановича отозвали в Москву. Все за период 1946-1951 года было принято 12 знаменательных по своему характеру партийных постановлений по идеологическим вопросам [Історія України. Нове бачення, 1996. Т.2 – С.339]. Наивысший подъём этой волны преследований – кампания, связанная с обвинениями Владимира Сосюри в национализме за одно-единственное стихотворение «Любите Украину!» (июль 1951 года).

 

Collapse )